Гример 'без грима' - Гримеры.ру - все о творчестве и бизнесе гримеров

Все о творчестве и бизнесе гримеров!

Rambler's Top100
  • Партнеры:

Гример 'без грима'

Актеры, телеведущие, политики... Их лица хорошо известны российскому зрителю. Их любят, узнают на улицах, им пытаются подражать. Но их внешняя привлекательность на экранах телевизоров - это во многом заслуга людей, которые, к сожалению, всегда остаются за кадром. “В 15-00 у входа в телецентр Останкино”. С этой короткой фразы началось мое знакомство с одним из лучших художников-гримеров отечественного телевидения Натальей АРХИПОВОЙ. В ее “послужном списке” работа с первыми лицами России и зарубежья. Назову лишь некоторые из них: Михаил ГОРБАЧЕВ, Маргарет ТЭТЧЕР, Борис ЕЛЬЦИН, Билл КЛИНТОН, Жак ШИРАК, Тони БЛЭР. А чтобы перечислить всех отечественных актеров и телезвезд, чей образ создала Архипова, понадобится не одна газетная полоса... Встретиться с Натальей было непросто, ее рабочий день расписан вплоть до позднего вечера. Нам удалось побеседовать лишь в короткий, около 40 минут, обеденный перерыв.

ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ


- Впервые я работала как художник-гример на бенефисе Ларисы Голубкиной. Потом было много всего: общественно-политические и развлекательные программы, телеспектакли и фильмы, фото и подиумы. Однако больше всего я люблю фильм, снятый режиссером Евгением Гинзбургом. Он назывался “Руанская дева по прозвищу Пышка”. В актерском составе - настоящие “звезды”: Армен Джигарханян, Александр Абдулов, Валентина Талызина, Наталья Лапина, Леонид Ярмольник. И картина замечательная, историческая.

Понимаете, “делать” ведущих телепрограмм и телешоу, конечно, интересно, но это все-таки больше работа визажиста. Нужно, чтобы человек просто выглядел хорошо перед камерой и на экране телевизора. А вот исторические фильмы и спектакли - это настоящее творчество, настоящая работа для художника-гримера. Ведь надо создать образ в целом - прическа, лицо. Надо подобрать какие-то элементы, которые помогли бы актеру удачно сыграть роль. Всегда приходится импровизировать. Помню, актриса Аринина в “Пышке” должна была выглядеть солидной дамой. Волосы у нее русые, а по роли требовалась легкая седина. Так мы нашли решение - на небольшие вкладочки наклеили седые волосы, а потом вставили их в прическу. Получилось отлично - элегантная светская дама.

- Интересно - да, но фильм не снимается сразу от начала и до конца, на каждую сцену отводится по нескольку дублей. Гримеру, наверное, нелегко приходится?

- Работы много, но все зависит от коллектива. Помню, мы работали в командировке, в Лиепае. Был конец сентября, и шел дождь со снегом. Актеры работали в костюмах из настоящего бархата, сшитых на заказ специально для “Пышки”. У всех грим, плюс к тому - у кого-то шиньон, усы, бороды. А для создания натуральной обстановки актеров еще и из брандспойта поливают. Снимается пять дублей, все намокло, грим течет, квасится, актеры замерзли жутко. У меня работы было очень много - после каждого дубля приходилось все подновлять. Да и не только подновлять - к утру нужно было вычистить и высушить весь реквизит, а с рассветом опять начинать клеить, гримировать, причесывать. Но когда создается хороший коллектив, когда в нем хорошая атмосфера - это не страшно. У нас не было такого, что костюмер, к примеру, не успевает актера одеть, а я свободна. Пусть это не моя работа, но я всегда помогу. От этого и легкость в отношениях, и хороший результат.

Евгений Гинзбург часто приглашал меня работать в его проектах. Кстати, у него есть и свой “клан”, можно так сказать, актеров, которых он все время приглашает - из фильма в фильм, из передачи в передачу. И уже когда ты их знаешь, и тебя все знают... Когда встречаешься вне программы - радостно, и в совместной работе легко, и все друг другу помогают.

- Когда вы создаете тот или иной образ, вы руководствуетесь мнением режиссера?

- Режиссер рассказывает мне, какой персонаж ему необходим. Мы придумываем несколько вариантов, гримируем актера, показываем режиссеру, и он утверждает один из них. А в остальном все зависит от меня. От того, что я сделаю - приклею усы, завью волосы, ну и так далее. Понимаете, я делаю облик так, как я его вижу, но он должен работать на тот образ, который создал режиссер.

- А актеры? От них часто поступают предложения по гриму для своего персонажа?

- И часто очень удачные. Я работала на телевизионном спектакле “После дуэли”. В этой постановке снимался актер Кашинцев, он играл роль царского военачальника. Естественно, мы должны были придумать его образ. Придумали несколько вариантов, предлагаем ему один, другой, а он все отказывается: мол, все не так и не то. Дело было в гримерной, и там в коробочке на столе лежали бакенбарды. Вдруг Кашинцев берет один и приклеивает себе вместо усов. Вот, кричит, то что надо, так и будем работать! Это было попадание “в яблочко”! Сложился тот образ, который был нужен, а актер с перевернутым бакенбардом вместо усов прекрасно отработал весь спектакль.

ЛИЦО НА ЭКРАНЕ

- Вы гримировали множество телеведущих и участников различных программ. Конфликтов не было?

- За всю мою творческую деятельность не было такого, чтобы кто-то психовал, вскакивал с кресла или убегал. Но вообще-то человек моей профессии всегда немного психолог. Ведь если к гримеру приходит незнакомый человек, то к нему надо уметь подойти, убедить, что я плохо не сделаю. Сложнее всего работать с женщинами, имеющими определенное положение в обществе, и уже вкусившими, так сказать, радости этого положения. Она ходит в дорогие салоны, ухаживает за своей кожей, привыкла к своему определенному образу. Но и тут нужно и можно найти подход, например, поговорить о чем-нибудь отвлеченном.

Я вот преподаю в группе будущих ведущих эфира. И горжусь, что за все время моего преподавания, более 10 лет, не было ни одного человека, который бы сказал, что ему не нравится моя работа. Делаю вариант макияжа,
а люди говорят: “Все, сегодня домой не сразу пойдем, пойдем куда-нибудь в клуб”. Или фотографируются. Понимаете, в данном случае моя задача - не изменить человека, а подчеркнуть его изюминку. Человек часто не видит себя, считает, что ничего в его внешности изменить нельзя. А стоит чуть поменять его в лучшую сторону, и он сам себя не узнает.

- Правда ли, что искусство художника-гримера может превратить чудовище
в красавицу и наоборот?

- Безусловно. Но на телевидении мы чаще всего мы делаем первый вариант.

- Так значит, мужчины-телезрители, влюбленно глядящие на хорошеньких телеведущих, могут “расслабиться”?

- Процентов на 50. То есть без грима многих телеведущих можно и не узнать.

- Я знаю, что за время своей работы на центральном телевидении вы готовили к телевыступлениям не только ведущих и дикторов, но и различных политиков самого высокого уровня...

- Да. Когда во главе страны стоял Горбачев - работала с ним перед телевыступлениями, поздравлениями россиян в Новогоднюю ночь и так далее. Даже в Вашингтон ездила, на саммит. Тогда снималась программа “Недипломатические встречи” с Валентином Зориным, и я гримировала ее участников. Стал президентом Борис Ельцин, я и его стала готовить к эфиру. Только вот Владимира Владимировича Путина гримировать мне не довелось, к тому времени я перешла в телекомпанию “Метео-ТВ”. А среди зарубежных политиков приходилось работать с Маргарет Тэтчер и Жаком Шираком, Тони Блэром и Биллом Клинтоном, Франсуа Миттераном, и вышедшим в отставку президентом США Ричардом Никсоном. И никогда не было никаких конфликтов или замечаний к моей работе. Помню, кто-то из американских президентов даже заснул, пока я колдовала с его лицом. Только Михаил Сергеевич все время сетовал, что не любит гримироваться, не может. Приходилось объяснять, что это необходимо.

РОМАН С ОПЕРАТОРОМ

- Объясните и мне...

- Понимаете, чтобы лицо выглядело на экране так же, как мы воспринимаем человека в жизни, необходимо делать цветокоррекцию. Потому что пленка усиливает, к примеру, красный цвет, и прочие мелкие детали, незаметные в обычной жизни. И эти маленькие детали нужно убрать, чтобы они были не видны. Все должно быть натурально, особенно у мужчин - им требуется очень тонкий грим, очень легкий, но при этом должна быть соблюдена специфическая цветокоррекция. Чтобы лицо не выглядело блином, было нормального цвета, структурно вылеплено и был поставлен правильный акцент.

- Вспоминаю старые фильмы и телепрограммы. У актеров, и мужчин и женщин, ярко выделены глаза, губы. Сейчас, по-моему, по другому гримируют...

- Раньше была такая манера, это во-первых, а во-вторых, когда снимается черно-белое кино обязательно нужно акцентировать глаза и губы... Потому что черный, белый, серый тона не дают развернуться в цвете. Да и сейчас приходится подцвечивать иногда. Вот есть такой ведущий, по-моему, он сейчас работает на НТВ. Парень симпатичный, но уж очень светлый: белая кожа, волосы. Естественно, надо его чуть-чуть подкорректировать, чтобы лицо “читалось”. Иначе при определенном освещении оно будет просто белым листом бумаги.

Кроме того, сейчас художники-гримеры пользуются профессиональным гримом, максимально приближенным к обычной, бытовой косметике. А раньше гримировали другим, с иной текстурой и цветопередачей. Помню такой случай. Был у нас оператор Сергей Журавлев. Порой он подбегал и возмущался: “Не тем тоном намазали лицо! У меня в камере один желтый, другой зеленый, третий белый сидит! Ну-ка выравнивайте! Тут 129-4 должно быть, а вы мне что?” (Тогда мосфильмовский грим был весь пронумерован). Кстати, вот это объединяет работу телевизионного гримера в прошлом и сейчас: очень важно обговорить цветопередачу с оператором, определиться, что и как смотрится в камере. Это я так перехожу к другому, очень важному моменту в работе гримера.

- Когда мы говорили об образах и лицах на экране, я как-то не задумалась, что гример и оператор так тесно связаны в своей работе. А то бы обязательно спросила.

- Понимаете, иногда приходишь на съемку, а контакта с оператором нет. И от этого плохо тому, кого снимают. Если оператор видит одно, а я другое, то приходится к нему подходить и объяснять - вот здесь свет плохой, надо поставить по другому, а здесь цветопередача плохая. Или, посмотрите, у него двойная тень от носа и лицо перекошено! Как бы объяснить? Ну, к примеру, есть у человека небольшие “синячки” под глазами. Опытный оператор установит освещение так, что они будут менее заметны, и мне нужно будет только чуть-чуть их скорректировать, даже не используя тона. И так во всем. Но хорошему оператору не надо указывать, он все видит сам. На любой съемочной площадке он правильно выставит камеру и цвет, а от этого и моя работа заиграет. Я сейчас поэтому и преподаю на курсе операторов в школе телевидения Останкино, чтобы научить будущих операторов работать в паре с гримером. Тогда лицо актера будет выглядеть идеально и с минимальным количеством грима.

КРОВАВЫЕ РАНЫ

- В последнее время появилось множество фильмов с кровавыми сценами. Пулевые, ножевые раны героев боевиков с экрана телевизора выглядят очень натурально. Не раскроете секрет, как можно добиться такой реалистичности?

- Ну конечно. Когда мне режиссер рассказывает, какие ранения будут у героев, я сразу же начинаю думать, из чего их можно сделать. Как правило, если это серьезная, рваная рана, то она делается из пластики. Специально заказывается пластический шов. Он потом определенным образом клеится на ту часть тела, которую впоследствии повредят. Если это просто рана от сабельного удара...

А вот что я вам сейчас расскажу. Один режиссер пригласил меня помочь ему работать на кастинге нового проекта. Это очень интересный исторический фильм об эпохе Петра I. Рабочее название картины - “Слуга государев”. Так вот, XVIII век, дуэль. Главному герою, по замыслу режиссера, шпагой прорезают грудь, и у него сильно начинает течь кровь - рваная рана. Вторую рану герой фильма получает в голову. По задумке режиссера, голова персонажа должна быть в повязке, и после удара шпаги противника из-под нее начинает хлестать кровь. Мы вместе с руководителем группы каскадеров начали делать эти две раны.

Первую рану сделали просто: разрезали рубашку, нарисовали и залили искусственной кровью. А потом, после монтажа, все выглядело так: сначала удар шпаги, потом сразу рассеченное тело. Естественно, герой сразу же хватается за рану, рука в перчатке, внутри которой мешочек с кровью. Дальше понятно - герой сжимает ладонь, и кровь брызжет, словно из рассеченного тела. Вторая рана, как я уже говорила, в голову. Чтобы добиться реального восприятия ранения, в повязку под волосами была проведена трубочка. Камера наезжает на актера, которого ранили, противник наносит удар шпагой. А в это время актер нажимает на пульверизатор, и из трубочки (а для зрителя - из-под повязки) брызжет кровь. Кстати, в некоторых эпизодах до сих пор вместо крови используется обычный томатный сок. Особенно когда снимается черно-белая картина. Вот такие секреты.

- А пулевые ранения?

- В этом случае я делала специальную накладку с видом пулевого ранения внутри. Перед съемками она накладывается на место будущего прострела и абсолютно выравнивается с кожей. А потом, в момент выстрела, актер нажимает на кнопку специального устройства, и “кожа”, закрывающая “рану”, разрывается. В результате - совершенно реалистичная картина: пулевое отверстие и кровь.

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ ПРИКОЛЫ

- После разговоров о ранениях и крови как-то сразу захотелось спросить о чем-то легком, веселом. По телевидению часто слышала байки актеров о смешных ситуациях и нелепых ситуациях, возникших из-за грима. Возможно, такие же истории есть и у самих художников-гримеров?

- Бывали разные ситуации. Например, раньше мы пользовались жировой основой для грима - что-то типа жидкого вазелина. А на “Мосфильме” были такие огромные наборы для гримеров, и тюбик с этой основой был точной копией флакона со специальным клеем, которым клеят усы и бороды. Подобные средства входили в арсенал всех гримеров, и люди, понимаете ли, часто путали флакончики. И вместо того, чтобы нанести на лицо основу для грима, покрывали кожу спецклеем. А вот если сверху клея нанести еще и тон, то все это превращается в такую жидкую массу, которую смыть невозможно ничем. Понятно, что если актер человек покладистый, то поймет и сам посмеется над ситуацией. А вот если человек с..., то сразу же начинается крик на всю студию. И тогда уже не смешно.

А теперь я и про актеров историю вспомнила. У нас снимался Евгений Моргунов. По роли ему были положены усы, такие, знаете ли, маленькие усики “бабочкой”. Естественно, на время съемки усы мы ему клеили, но он никак не “хотел” расставаться с ними и по окончании работы. Просто забывал снимать и уносил домой. Ситуация, когда усы уезжали вместе с Моргуновым, повторялась много раз, и главное - ежедневно. И, наконец, терпение гримеров лопнуло. Однажды утром мы сказали Моргунову: “Женя, если вы сегодня не отдадите усы, то завтра мы вас гримировать не будем!” А вечером он, как обычно, утащил реквизит домой. На утро, помню, идем мы по огромному, в полкилометра, коридору телецентра “Останкино”. А навстречу шагает Моргунов - огромный, солидный, лысый. Увидел нас, достал из кармана усы и приклеил себе на лоб. Слегка наклонился и как бык идет на нас. Кричит издалека: “Я в усах, я уже в усах, только не ругайтесь!” Конечно, мы ему все простили.

О СЧАСТЬЕ

- Ну что мы все о работе... Когда я ожидала вас у входа в телецентр, с вами разговаривал стройный молодой человек. Это...

- Это мой сын. Он учится в педагогическом, на журфаке, уже IV курс. А в Останкино пока только практику проходит. Предваряя ваш вопрос, расскажу сама. Есть еще старшая дочь. Она, как и я, решила связать свою судьбу с телевидением. Только в другом качестве. Она работает помощником режиссера на одной из программ Первого канала.

- C вами было очень трудно встретиться. Вы постоянно на работе. Как к этому относятся члены семьи?

- Нормально. Все помогают и сочувствуют. Знают, что это моя любимая профессия и я ею живу. Правда, супруг прежде сетовал, мол, тебе хорошо, ты нашла свое призвание... Он сам по образованию и состоянию души - художник, но сейчас работает шеф-поваром в клубе авторской песни “Гнездо глухаря”. По-моему, он тоже нашел себя.

- Если профессия так много значит для вас, позвольте спросить - не обидно, что вы, профессионал с большим опытом, постоянно оказываетесь только в титрах? Зрители чествуют актеров и ведущих программ, реже - режиссеров, иногда - сценаристов. А вот художник-гример постоянно остается в тени...

- Такова специфика моей работы. Со звездами мне приходится работать довольно часто, и меня в этом кругу уже знают и ценят качество моей работы. Это, скажем так, одно из утешений нормального человеческого тщеславия. А для того, чтобы стать популярным в моем бизнесе - надо, как и во всех публичных профессиях, часто посещать всевозможные тусовки. Я знаю некоторых своих коллег, которые таким путем приобрели популярность. Но художники ЦТ, которые работают уже давно, люди не тусовочные - вы уж мне поверьте. Нет времени. Другой вариант - прикрепиться к какой-нибудь яркой “звезде”. Это тоже работает на популярность: потом можно открыть салон, или сеть салонов и зарабатывать деньги. Но однажды я пробовала работать в ну очень крутом салоне на Кутузовском - скучно! Мне интересно другое.

- Что же, если не секрет?

- Есть одна мечта. Я хочу создать высшую школу телевизионных художников-гримеров. Такого в России еще не было, нет программ и методических пособий. А специалистов такого уровня в нашей стране очень не хватает, особенно на региональном телевидении. Вот такая есть мечта, и если все получится - будет здорово!

Беседовала Наталья КОЧЕМИНА


“А” - СПРАВКА:

Наталья АРХИПОВА окончила театрально-художественное училище, школу-студию МХАТ по специальности “художник-гример”. Прошла стажировку по специальности в Париже, на фирме “Визиора”. С 1975 года работала на Центральном телевидении СССР и России. Сейчас - художник гример I категории кино и ТВ. Работает художником-гримером в телекомпании “Метео-эксклюзив”, а также преподает в Институте ТВ-медиа и Институте повышения квалификации работников телевидения и радиовещания.